рус | eng

ПоляндрияНовостиКак научить французскую черепашку говорить по-русски.

Как научить французскую черепашку говорить по-русски. Интервью с Михаилом Ясновым

При всем многообразии детских книг не так просто найти те, к которым дети не потеряют интерес после первых страниц. Один из секретов «детской классики» и большинства хороших современных сказок – харизматичные персонажи. Для ребенка они становятся друзьями. Или же он сам примеряет образ, подсмотренный в книге. В любом случае далеко не всем героям суждено ожить в детском воображении. На прошедшем в сентябре фестивале «Летающие дети» можно было встретить малышей и взрослых в забавных зеленых масках. Если удавалось спросить у проносящегося мимо ребенка, кто он, то каждый представлялся: «черепашка Лулу». Торопыжка Лулу героиня из Франции, придуманная писателем Даниелем Пикули («Сердце, нарисованное мелом»). Сказки в стихах он написал для своей дочери она была в восторге от этих историй! А благодаря иллюстратору Фредерику Пийо родилась целая серия красочных книг. В России их выпускает петербургское издательство «Поляндрия». На русском языке уже вышли шесть книг, и несколько – в работе. Накануне дня рождения Даниеля Пикули 21 октября ему исполнится 64 года мы попросили Михаила Яснова, который переводит стихи про Лулу, рассказать, как ему удалось «сработаться» с черепашкой.

Михаил Давидович Яснов петербургский поэт, детский писатель и высококлассный переводчик. Среди родителей он пользуется репутацией поэта-волшебника, петербургского Оле Лукойе. Что касается зарубежных книг, то выполненный им перевод является своего рода знаком качества.

 

Когда Вы впервые прочитали стихи про черепашку Лулу, какова была ваша первая реакция?

М.Я.: Признаться, я сначала не прочитал, а проглядел несколько книжек про Лулу и визуально мне вся эта компания очень понравилась. А когда почитал, понял: это мое. Не так часто встретишь во французской детской литературе серию книг, написанных стихами, да еще такими необычными для современной поэзии во Франции, где даже стихи для маленьких норовят писать верлибрами. А здесь сплошная игра с ритмом и рифмами, так что на наш вкус получается такой веселый раешник, которым я и воспользовался при переводе, чтобы сохранить заложенную в оригинале поэтическую игру.

Даниель Пикули родился в многодетной семье и был 11-м ребенком из 13. Вам не кажется, что характеры своих персонажей он «срисовал» с братьев и сестер?

М.Я.: Вполне возможно! Тем более что персонажей немало, каждый со своими причудами, с характерными для этого персонажа поступками, а то и словечками. Во всяком случае, живет эта вся компания, как большая семья, так что не исключено, что кого-то Пикули «срисовал» со своих родственников.

 Кроме черепашки Лулу и зайца Никуда-не-годника в книгах много очаровательных второстепенных героев. Кто Вам особенно понравился?

М.Я.: Почти во всех книгах второстепенные персонажи нет-нет да выходят на первый план. В книге «Лулу-принцесса» таким «главным» персонажем становится очень трогательный дракон Драгон, а в книге «Лулу и рассеянный аист» рассеянный Аист. А еще есть чудная сова Умнее-всех. Или очень симпатичный кабан Щетинка. Радость, да и только!

Книга «Лулу и большой концерт» вышла совсем недавно. В ней много намеков, которые ребенок вряд ли расшифрует без помощи родителей: ансамбль «Четыре жука-скарабея» — это группа «Битлз», музыканты «Ястребиного когтя» — вылитые Братья Блюз, а заяц Никуда-не-годник примерил костюм Элвиса Пресли. Не лишнее ли это в детской книге?

М.Я.: Нет, конечно, наоборот! Очень хорошо, если ребенок при чтении зовет на помощь взрослых и выясняет у них что-то непонятное. Так создается атмосфера семейного чтения.

Важно не только привлечь детей к чтению, но и приучить родителей читать вместе с детьми, обсуждать прочитанное. Как это сделать?

М.Я.: Всегда вспоминаю, как это было в моей семье, когда я был маленьким. Раз в неделю по субботам вся наша семья мама, папа, моя старшая сестра, я и кот Васька садились вокруг стола и по кругу читали ту книгу, которую я сам выбирал. А через какое-то время, насколько я помню, стали даже разговаривать о прочитанном. Попробуйте! И нужно-то всего желание да полчаса свободного времени.

В одном из интервью Вы приводите краткую и красивую формулу: «Перевод — искусство потерь». Расскажите, чем в книгах Даниеля Пикули никак нельзя пожертвовать?

М.Я.: Можно пожертвовать какой-то второстепенной ситуацией, если она никак не ложится в стих. Или расположением рифм в оригинале. Или размером строк. Благо сама конструкция в принципе в перевод заложена. А вот интонацией, шутливостью, иронией пожертвовать никак нельзя на них все строится. Герои должны быть не просто милыми, но характерными. Это тоже важно сохранить. Ну и конечно диалоги: в них, подчас, все и кроется. И где можно поиграть в слова почему не поиграть? Надеюсь, и маленькие, и взрослые читатели это оценят.

Интервью опубликовано на портале MR7.ru
http://www.mr7.ru/articles/61457/